Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ]

 

Чернобыль как зеркало логической истории

Часть 1

Реактор

«...оператор никогда не должен оказаться в ситуации, которую инженеры не проанализировали. Инженеры никогда не должны анализировать ситуацию без учёта реакции оператора на неё».

Р. Фредери, за семь лет до чернобыльской трагедии

 

Вместо введения – небольшое послесловие,

без него нельзя начинать

Начну с цитаты из И.Н. Бекмана, профессора МГУ: «На остановленных блоках (навсегда, так как выработали срок эксплуатации – Мое) Нововоронежской АЭС ОЯТ (облученное ядерное топливо – правильнее – ядерное говно, из которого ничего нельзя получить кроме плутония, каковой – еще большее говно, которое будет вонять 40 тысяч лет – Мое) выгружено полностью и хранится на территории станции». То есть, ни когда строили станцию, ни даже сегодня не представляют, что делать дальше с этим говном.

«На первом энергоблоке Белоярской АЭС ОЯТ выгружено полностью, на втором – в реакторе осталось несколько тепловыделяющих сборок (ТВС). В бассейне выдержки АЭС хранятся 4990 ТВС (примерно 600 тонн урана), причем часть кассет потеряла герметичность и контактирует с водой, активность которой увеличилась за три года в 1,6 раза. Первый энергоблок Белоярской АЭС был остановлен в 1980 г., но работы по выводу его из эксплуатации до сих пор (сегодня минуло 28 лет – Мое) не закончены».

Но это только начало. Копнем вглубь: «Нет проектов вывода из эксплуатации и других остановленных энергоблоков двух АЭС. В 2001 г. закончился 30-летний проектный срок эксплуатации АЭС России, в связи с чем возникла необходимость до 2020 г. ежегодно останавливать 1-2 энергоблока АЭС». И в каждом 200 тонн урана, из них 2 тонны плутония, и прочей дряни, для представления о которой загляните по представленной ссылке.

Все это находится в наиболее густонаселенных районах нашей «Великой Родины». И это только – «мирный атом». Что касается военного, то «по данным Госатомнадзора России, береговые и плавучие хранилища Военно-Морского Флота РФ полностью заполнены. В них накоплено 535т ОЯТ. Чтобы вывезти такой объем топлива на ПО «Маяк», необходимо отправить 151 эшелон, для чего при условии равномерной отправки и жесткого выполнения графика движения понадобится 10 лет. При этом ОЯТ можно вывозить по железной дороге только с Северного флота, поскольку обеспечение безопасной транспортировки ОЯТ с Дальнего Востока проблематично».

Во-первых, «проблематично» – это значит – вообще никак, ибо с Северного флота ж. идет по безлюдным местам, короче говоря, по тундре, а с Дальнего Востока – на Транссибирскую магистраль как бусинки навешены как города всей Южной Сибири, так и практически все население от Урала до Тихого океана.

Во-вторых, на «береговых и плавучих хранилищах» автор еще остановится.

В-третьих, сам НПО «Маяк» уже отравил все до самого Ледовитого океана, начиная с речки Теча.

И, в-четвертых, я еще не всю цитату привел, вот продолжение: «Хранилища ОЯТ гражданского атомного флота также переполнены. На борту «Имандры» есть хранилище для 1530 ГВС (около 6 активных зон реакторов ледоколов) для сухого хранения. По состоянию на 1 января 1994 г. хранилище ОЯТ было заполнено почти полностью (кроме емкости для аварийной выгрузки)». А у нас сегодня 2008 год, так что ждем, когда «борт «Имандры»» сам собой затонет, если уже не затонул от ржавчины. Примерно как тонут подводные лодки, приткнувшись к берегу с полным комплектом «мирной, энергетической частью» урана.  

Замечу, что все ядерные сборки содержат в себе около одного процента плутония, а «хранение 1 грамма плутония обходится в 5-6 USD в год, тогда общая денежная сумма, необходимая для хранения ~ 380 тонн (нашего и зарубежного) плутония, должна быть в размере 2,3 млрд. $ в год».

Насчет «зарубежного». Автор имеет в виду атомные станции в бывших «наших «странах народной демократии» Центральной Европы времен Советского Союза и отскочившие от нас осколки этого Союза. Но мы же свезли еще со всего мира к себе домой ядерные отходы, к производству которых мы не имели ни малейшего отношения. И нам из телевизоров говорят, что весь мир – такие дураки, что не видят истинной цены в этих отходах, а наши правители и ученые, дескать, видят. Мы их «переработаем» и получим, простите, из говна – котлетку. А когда переработаем – неизвестно, что ясно видно из уже приведенных фактов, а также из скепсиса иностранцев, впаривших нам  кусок говна вместо золота.   

Именно поэтому автор слегка таинственно замечает: «Также, следует особо отметить, что в составе предприятий ЯТЦ (наверное, ядерно-технологические центры – Мое) России ядерных установок, находящихся под гарантиями МАГАТЭ, нет.

То есть, я совершенно не понимаю, чего мы там в этом МАГАТЭ делаем? Поясняю. Ни один западный военный дурак не допустит туда, где делают атомные бомбы, каких бы-то ни было международных контролеров. Иначе не стоит заниматься атомным оружием. Поэтому МАГАТЭ предназначена исключительно для «мирного атома» и главная ее цель – чтоб, когда «мирный атом» ненароком взорвется в какой-нибудь из «демократий», чтоб не одной этой «демократии» расхлебывать свои грехи, а расхлебывать их по «линии международного сотрудничества» типа смертников из нашего МЧС. Плюс «сотрудничество» типа «чего нельзя делать» в «мирном атоме», так как одна голова на плечах хорошо, но десять голов – лучше: поспорят немного между собой и придумают по большинству голосов наилучшее решение.

Но МАГАТЭ не Всемирный банк Ротшильдов с филиалом ФРС (Федеральной Резервной Системой США), МАГАТЭ само живет на подачках, поэтому «гарантия МАГАТЭ» – это есть гарантия ООН через упомянутых Ротшильдов, и на нас эта гарантия не распространяется, я уж не знаю, почему?

Хотя и догадываюсь. У нас мирный и военный атом так перепутаны, вернее, это почти одно и то же, что не знаешь, чего этому МАГАТЭ показывать, ибо без показа ни один дурак гарантии не даст. Поэтому мы ничего вообще не показываем, а в ответ нам никаких гарантий не дают, хотя взносы в это МАГАТЭ мы и платим. – Так, ни за что, чтоб числиться в людях.

А из выше изложенного уже вытекает что «в людях» мы числимся примерно как папуасы времен Миклухо-Маклая, которым подарили компьютер, для какового на всем острове нет ни одной электрической розетки. Поэтому все блестящие внутренности компьютера висят на шее у вождя, а сам он восседает на корпусе как на троне.

Так как в смысле атома у нас практически все основополагающее украдено у тех же Ротшильдов, хотя и считается, что украдено у Германии, Англии и США, а украдено давно, когда мы были временными союзниками, то нам пришлось в качестве «мирного» атома, использовать средства атома «военного». Причем устаревшего, вгорячах придуманного, такого, как реактор для наработки плутония для бомб, то эта «технология» и пошла в «мирный» атом, тем более что она была дешевая по причине первых шагов. Это ведь с обнаружением опасностей и вынужденных методах их предотвращения на последующих шагах технология начинает дорожать.

И по этой тоже причине никакой дурак, не исключая МАГАТЭ, никакой гарантии не даст русским самоделкам. Даже за крупную взятку. Зато наши хвастуны правители и «крупные» ученые числятся в этой международной конторе. Ну, примерно как в «фешенебельном» гольф-клубе, не зная за какой конец клюшки браться. «Престиж», знаете ли.

Только уж вам придется иметь в виду, что с этой самой моей трактовкой упомянутые хвастуны-правители и особо крупные (как раки у сатирика) ученые никогда не согласятся вопреки самой элементарной логике. Им ведь плевать что они фактически дураки, им ведь надо всего лишь числиться в умных. А «числятся» всего лишь из средств оболванивания.

Замечу также, предваряя обвинения меня упомянутыми и их прихвостнями что я, дескать, хочу показаться вам слишком уж умным, из чего выйдет что я наглый дурак: нет-нет я не умный, я всего лишь честный. Ибо много ума не надо, чтоб написать то, что я напишу ниже, а вот честность – нужна до зарезу.   

«Ископаемая» конструкция РБМК

Про этот реактор написано – читать, не перечитать, но в большинстве публикаций – особенности. Во-первых, их пишут люди, как бы старающиеся блеснуть знаниями предмета в виде заковыристых терминов и кучи аббревиатур, поэтому простому смертному их до конца не понять, одни намеки в головах остаются. Во-вторых, их пишут приверженцы «чистой правоты» эксплуатационников или конструкторов этого чуда природы. Поэтому в их перепалке, читаемой в разных местах и в разное время, простой обыватель никак не может сконцентрироваться на главном, в отличие от курочки, безошибочно выклевывающей вкусные зернышки из огромной кучи навоза. Я эти недостатки буду стараться избежать.

Итак, реактор РБМК-1000 для получения электроэнергии – такое говно, такое говнище, что я даже не подберу ему степень сравнения. Даже «Москвич» в сравнении с «шестисотым Мерседесом» – не такое уж говно, почти котлетка. А теперь по порядку.

Начну хотя бы с того, что Президент Академии наук СССР Александров (научный руководитель проекта РБМК) с подачи академика Доллежаля (генеральный конструктор) и умопомрачительно скороспелого академика Легасова пиарил безопасность РБМК, дескать, его можно поставить на Красной площади, под окнами Генерального секретаря ЦК КПСС. Что-то ведь этими дураками руководило?

А теперь расшифрую РБМК – реактор большой много канальный, хотя принято расшифровывать после взрыва – реактор большой мощности канальный, чтоб «многоканальный» не резал слух рядом с «большим» в смысле причин его взрыва.

Что такое большой в смысле психологии? – Значит, есть и маленький! Где? – На подводных лодках. Почему многоканальный? – Чтобы быть большим. По мощности, разумеется, намного мощнее, чем на подводной лодке, раз в 100. Как раз, чтобы быть электростанцией. И как раз что-то подобное болтается где-то в Обской губе, на плаву, для питания электроэнергией Крайнего Севера. Рекомендуется корифеями как последний писк атомной моды. Это первое.

Во-вторых, нахрена это чудо на подводных лодках? Главным образом, чтобы не заправляться соляркой в международных портах, куда с атомными бомбами на борту вообще не пускают и где солярки без регистрации не дают, поэтому в амбарных книгах портов путь лодки – как на ладони. А с атомными бомбами не для того плавают, чтоб их маршрут знал любой дурак.

В-третьих, откуда это чудо природы появилось на лодках? – На вопрос вопросом: а какую советскую атомную бомбу взорвали первой, и почему? – Первой была взорвана плутониевая бомба, для которой плутоний было быстрее и проще наработать в этом самом чуде природы, чем обогащать в центрифугах нужный уран, выбирая его по атому из кучи ненужного урана. И как только набрали по атому нужного урана из ненужного, так и урановую бомбу взорвали, года через два после плутониевой.

Отсюда вы должны понять две вещи:

1. Не пропадать же добру, я имею в виду реактор для наработки плутония.

2. Все, что делается в России из «высоких» технологий – делается исключительно для войны, а стружки и брак от военного производства идут в так называемое народное хозяйство, примерно как обрезки титана от подводных лодок – покойному хирургу Илизарову для скрепления сломанных человеческих костей.

3. Маленькие реакторы для наработки плутония нужны, чтоб их рассредоточить и спрятать от воздушного глаза противника типа Пауэрса, подводные лодки – сами маленькие по сравнению с танкерами и линкорами, а вот электростанции прятать не надо, поэтому реактор для них должен быть «большим» и «многоканальным». И любому дураку, не знакомому с хитростями теории подобия, кажется, что для увеличения силы нужно родить Илью Муромца-богатыря, естественно, по размерам, а сила вроде бы как автоматически приложится, что не всегда верно, даже чаще неверно.

Если кто-нибудь поинтересуется конструкцией 7-метровых топливных сборок (кассет) из твэлов  (тепловыделяющих столбиков из таблеток-элементов окиси урана) в РБМК, тот сразу же обратит внимание, что они состоят из двух 3,5-метровых кассет, свинченных по длине друг с другом. И любому дураку станет ясно, что специально для РБМК такая конструкция – глупость, любой дурак сделает сборку сплошной, 7-метровой, так как свинчивание-соединение палки, например, для костыля из двух половинок – есть конструктивное излишество, лишняя работа и создание причины для отказа места соединения. Но это – только начало.

Твэлы в кассете РБМК, 38 штук, собраны очень близко друг к другу, на расстоянии всего 1,7 мм, а касание их твердо нежелательно из-за местного перегрева в точке соприкосновения и неминуемой ядерной аварии. Ведь диаметр самих твэлов 13 мм, они тоненькие как прутики при 3,5-метровой длине. Поэтому там есть специальные решетки, не дающие твэлам сближаться. Но это только не при перегреве, так как при перегреве все деформируется. При свинчивании кассет, кроме того, ухудшается контроль соосности. Любой конструктор, даже мясорубки, вам это подтвердит. Притом реактор слегка опаснее мясорубки. Вот теперь пора переходить к подводной лодке.

В космических кораблях экономят вес, в подводных же лодках экономят живое пространство, поэтому там все, в том числе топливные сборки, должно быть предельно компактны, чего с такой же степенью фанатизма не нужно для РБМК. Для РБМК между твэлами в топливных сборках могло бы быть и посвободнее. Даже сам факт соединения двух сборок в одну в РБМК дополнительным конструктивным элементом немалого веса и объема это подтверждает. Но и это еще не все.

На любом заводе, чего-нибудь варганящим «для обороны», даже пуговицы, сидит полковник и бескомпромиссно отбрасывает производственный брак в сторону. Так что бракованные пуговицы поступают в «широкую» продажу. А бракованные твэлы куда девать? Ведь производства без брака не бывает, даже у «Интел», не говоря уже производителях электронных часов, брак которых продается на уличных развалах по цене жвачки.   

Именно поэтому хитроумный Средмаш – еще более таинственное, чем КГБ и «стекляшка», министерство «Среднего» машиностроения – руками упомянутых дураков-ученых не может устоять, чтобы не направить все свое говно в «мирный атом». Примерно как просроченную тушенку. Ибо у «мирного» атома нет полковников на заводской приемке твэлов и сборок. Но и это не все.

РБМК – реактор одноконтурный, что неимоверная дурь для электростанции. Это хитроумное, хотя и подловатое, решение придумано именно для подводных лодок, экономящих живое пространство. Дело в том, что одноконтурный цикл теплоносителя прост как первобытный каменный топор с двумя перекрещенными веревочками, какой вы все видели на картинке. Перегретая до пара вода в реакторе поступает на турбину, турбина крутит генератор, генератор крутит винт подводной лодки.

Но, во-первых, вода, через несколько циклов прохода через реактор, становится такой же радиоактивной, как и реакторный графит, о котором после Чернобыля вы все наслышаны. Именно от соприкосновения тела с этой водой персонал получил в роковую ночь незаживающие лучевые ожоги, когда живое мясо гниет.

Во-вторых, пар проникает как из реактора, так и в турбинном отделении в любую микроскопическую трещинку и щелочку, и избежать этого нельзя, у хитроумных проектировщиков недаром есть слегка идиотский термин «прострел излучения по цилиндрическим и кольцевым отверстиям». Так что надо либо воду часто менять, либо чистить ее от радиоактивности. И какой же дурак ее будет чистить середь мирового океана? так как подводная лодка не трактор, оставляющий индивидуальные советские или американские следы от траков. Надо лишь поставить на лодку опреснитель, что при обилии энергии в реакторе – раз плюнуть, и почаще менять воду, сбрасывая зараженную в океан. Поэтому на подводных лодках – реактор одноконтурный, и поэтому я сказал, что это – маленькая подлость, ибо заражать мировой океан – тоже не есть благородное дело.

Теперь надо вам сказать, как проектируется реактор на заданную мощность. Для подводной лодки – на требуемую в основном для маршевых винтов и чуть-чуть выше, а для электростанции – чем больше, тем лучше. Но главное не в этом, главное в том, что всю конструкцию реактора определяет твэл и его размер. Твэлы с целью экономии объема собраны в сверхкомпактные сборки, между которыми, нагреваясь, циркулирует технологическая вода.

Я не знаю, сколько сборок твэлов имеется на подводных лодках, думаю, что в зависимости от класса лодки от одной до четырех-пяти, может быть, и двадцать. Зато я знаю, сколько сборок было в реакторе Чернобыля, примерно 1700, и это – ужасная цифра, что я ниже докажу. А пока отмечу, что в реакторе есть условно постоянные размеры, например, защитная оболочка из воды, заключенной между двойными стенками самовара-реактора, или бетонные стенки. При любой мощности реактора толщина поглощающей нейтроны воды практически постоянна. Поэтому, чем мощнее реактор, тем он – дешевле на единицу мощности.

Но лодок это не касается, потому что лодке нужна скорость, но взлетать ей все равно не надо, поэтому первые лодки, я думаю, работали, например, на одной сборке, до предела сжатой конструктивно по объему еще во времена сразу же после второй мировой. Когда научились делать титановые листы, и объем лодки увеличился, поставили две все те же сборки. Когда у японцев втихаря от американцев купили секретный по поправке Джексона-Вэника шлифовальный станок для винтов, за что Хиросиму и Нагасаки чуть второй раз не разбомбили, еще увеличили количество сборок на лодку. Ну и так далее.

Я это к тому говорю, что конструкция сборки стала канонической, с учетом не только лодок, но и при наработке плутония на берегу, примерно как шарикоподшипник, выпускаемый миллионами экземпляров. А один и тот же сортамент подшипника годен, как поется в известно песне «в небесах, на воде и на суше». Мало того, графитовые кирпичи с дырками для сборок и прочих труб, из которых складывают как дом реактор, тоже стали унифицированными, не хуже твэлов, сборок и подшипников. Кстати, потому и лодки мы пекли примерно как пряники одинаковые и в неограниченном количестве, на весь произведенный титан, чтоб доктору Илизарову оставалось то, о чем я уже сказал, а всем прочим – на штыковые лопаты из сворованных на производстве титановых обрезков.

Заметьте, я на эту «экономию» ведь не зря потратил столько слов, они мне пригодятся. Прямо вот сейчас, ибо вы уже ждете от меня рацпредложения: ну, какой же дурак не использует в «мирном атоме» такую замечательную и отработанную до мелочей конструкцию? Так как отбракованные полковниками твэлы, сборки и графитовые кирпичи все равно некуда девать. (Я тут в скобках отмечу, чтоб не тратить лишних слов: загляните в Инет, там об использовании брака на ЧАЭС есть чрезвычайно интересные, полные и печальные данные).

Может поэтому американцы и прочие французы добровольно пожелали выглядеть дураками? Но военные твэлы и сборки использовать не стали в своем «мирном атоме». И не только поэтому. Они же понимали, что предельно компактные сборки сделаны исключительно из экономии внутрилодочного пространства, на остром лезвии, отделяющем безопасность от небезопасности, что для «мирного атома» им совершенно ни к чему. На электростанции ведь люди, а не солдаты в океане, причем людей намного больше, чем солдат. И люди более образованы и капризны, чем солдаты. В общем, они даже не стали выдумывать конструкцию, чтобы соединить две сборки в одну.

Естественно, наш Средмаш и упомянутая троица «ученых» порекомендовали Кремлю установить один из своих РБМК на Красной площади, а те, будучи от природы дураками, дали добро на весь СССР. Ибо давно привыкли, что их уважают. Об истинном «уважении» я уже сказал в статьях о Ротшильдах (торговая марка). И не только твэлы, сборки и графитовые кирпичи, но даже и одноконтурную схему реактора Запад не стал использовать. Но я забежал вперед.

Итак, что же сделали наши умно-преступнные экономисты, числящиеся академиками благодаря сворованной бомбе и технологии обогащения урана и привыкшие экономить на спичках, чтоб хватило на водку? Бракованные твэлы, сборки и графитовые кирпичи есть, а складывать кубики один на другой они не забыли с детства, они забыли только одно, что вся гора этих кубиков всегда разваливается, причем от «последнего» кубика. А какой из кубиков будет последним, даже сам бог не знает.

У умных людей никогда не получается целых и круглых цифр, взять хоть какую так называемую «постоянную», например «пи» или число Авогадро. Кроме скорости света, каковая, на мой взгляд, тоже липовая по причине круглого числа в километрах в секунду, как будто 1/40000 длины окружности Земли является общим законом для Вселенной. В общем, умные следуют природе и учитывают природу, а у дураков всегда стремление к «круглости», как будто смертельно важно прожил ты с женой ровно 50 лет, а не 49, сотый это «День победы», а не 99-й. Но и это еще не все. Что бы они ни делали, надо, чтобы получилось «самое большое в мире». Хоть любимая страна, хоть собственный пенис.

Именно поэтому с РБМК наши «умники» пошли, так сказать, «от противного», разуму разумеется (тавтология тут – в самый раз). Узнав, что за границами собственного совка самый мощный реактор, например, 491 мегаватт, они тут же решили, что им надо ровно тысячу. Поделили тысячу на мощность сборки с подводной лодки, и у них получилось столько-то штук, но диаметр бочки получился такой большой, что ни один советский башенный кран до центра не достанет, а покупать забугорный – еще чего? Стыдоба-то какая!.

Ну, если кран не достанет, то надо какое-нибудь простенькое социалистическое рацпредложение, в данном случае – свинтить два лодочные сборки в одну, дешево и сердито, так как диаметр-то бочки сразу в два раза уменьшится, а до неба в высоту – еще далеко. И давай на бумажке кубики и кирпичики складывать, даже не подумав о том, чтоб твэлы в сборке слегка раздвинуть, крана-то все равно бы хватило, а безопасность бы возросла. Но опять же, куда брак с военных заводов девать? Так что МНСа и СНСа (мл., ст. научн. сотр.), осмелившихся заикнуться на этот счет, тут же уволили с работы, чтоб и духу оппортунистического, лжекибернетического и вейсманистско-морганистического  в чистой советской (она же российская) науке не было. Заметьте, я это не ерничаю, а чистую правду говорю, основанную на незыблемых пофамильных фактах. У меня только небольшая ирония проскакивает от злости на недоумков.

Когда прилаживали на бумажке кубики друг к другу по горизонтали, выскочила непреодолимая трудность. Дело в том, что если сборка в реакторе одна, то она равномерно окружена поглощающими нейтроны стержнями, чтобы лодка могла скорость менять, ну, и чтобы не взрывалось как в Чернобыле, хотя Чернобыля еще не было, зато боялись атома по Семипалатинску и, особенно по Новой Земле. Но уж когда Александров прорекламировал совершенную безопасность этого горе-реактора Красной площадью, то уж тут – конечно, ведь ни кто-нибудь из повседневных дураков, а – Президент АН СССР. Одних медалей на нем весом больше, чем он сам. Но я чуть не забыл о непреодолимой трудности.

В общем, не хватало места в бочке для всех тормозящих стержней, и бочку опять надо было увеличивать в диаметре. Так как число водогрейных трубок нельзя уменьшать – надо ровно 1000 мегаватт электрических иметь, а тепловых 3000. А уж пар считать умели еще по Джеймсу Уатту.

Что касается тормозных стержней, то вы не знаете советской, а тем более, российской экономическо-инженерной мысли. Она состоит в том, что все то и где бы-то ни было, что не связано напрямик с «давай-давай», считается лишним и даже вредным, так как «впустую отвлекает ресурсы», которые вот так (показывать по горлу) нужны стране. Я таких примеров могу вам наговорить и по одной только угольной промышленности, где я больше всего толков, – сотнями.

Конечно, удалить «лишнее» из реактора – надо цыфирки подставить в формулу, чтоб получилось как в конце задачника. Но недаром я старый инженерный волк с ученой степенью. Я ведь отлично знаю, что любой эмпирический коэффициент, не относящийся к международным как ускорение свободного падения (g=9,832 м/с2 на полюсе и g = 9,780 м/с2 на экваторе), а относящийся к доморощенным, можно принимать от 1 до 10 или от 1 до 0,1, но ни в коем случае не ноль, особенно в знаменателе, так как на ноль «не делится». Так что минимальный запас тормозных стержней у этих ребят после некоторой подгонки (называется игра в коэффициенты) получилось ровно столько, сколько нужно по расстановке кубиков на бумажке. И я бы так не говорил, если бы те же самые ребята после взрыва Чернобыля по тем же самым формулам и тем же самым коэффициентам не насчитали минимальный запас тормозных стержней ровно вдвое больше.

Вы не забыли еще громкие имена троицы всесоюзных академиков? Нет-нет, они сами не крутили арифмометр и не двигали движок логарифмической линейки в метр длиной для точнейших подсчетов из-за неумения сварганить электронный калькулятор. Еще чего? они же легче собственных медалей. Они просто сказали МНСам и СНСам, какой на их непререкаемый «взгляд» должен был бы получиться результат, если они снизошли бы собственной ручкой покрутить ручку арифмометра. Правда, к взрыву Чернобыля уже были компьютеры, но какой же дурак будет пересчитывать в Академии наук СССР формулы Ньютона для падающего яблока? То есть, пересчитывать стержни 1945 года на 1985-й.

Почему я так думаю? – Вот почему. Ни одному из упомянутых дураков не пришло в голову поинтересоваться разницей в высоте и длине волн в стакане и в океане. Они ведь думали, что если в стакане волны высотой три миллиметра, то и в океане будут такими же. Хотя в детстве и читали «Дети капитана Гранта», но теперь забыли.

И этот пример совсем не преувеличение. Это точная интерпретация для тех, кто не хочет знать о волнах нейтронных полей в реакторе с пивную бочку и в реакторе с цирк шапито. Когда количество переходит в качество.

Все знают, что волны надо успокаивать, они лодкам мешают плавать. Волны успокаивают успокоителями, например бухтами или волнорезами. Но лучше я вам приведу бабу с полными ведрами на коромысле.

Когда баба несет полные ведра на коромысле от колодца до дома, то сразу видно, хороший у нее муж или вообще его нету. Так как в последнем случае полные ведра никогда не принесешь – расплещешь на колдобинах, то есть КПД бабы значительно снижается. Вот хороший мужик ей и делает два креста из лучин крест накрест, они плавают в ведрах и волны в ведре от перешагивания колдобин гасятся, в результате ведра ни капли не расплескиваются, хоть танцуй с ними гопак. Но если вместо креста баба опустит в полные ведра прямую лучину (50 процентов креста), то это абсолютно ничего не даст, даже 50-процентного успокоения волн, так как лучина расположится вдоль волны и – никакого положительного эффекта, принесет домой по полведра, несмотря на лучину. Теперь абсолютно все поймут, что такое убрать из реактора «лишние» регулирующие стержни. В одном месте кипит, в другом закипает, в третьем вода напополам со снегом, ну, а в шестом-десятом что-то промежуточное.

Поэтому оператор реактора, особенно в переходных режимах, левой рукой тычет пальцами в кнопочки со скоростью хорошей машинистки. Но машинистке надо знать только 32 буквы, а перед оператором РБМК многие сотни разноцветно мигающих лампочек и стрелок, непрерывно выплевываемых самописцами бумажных лент и прочих штучек так называемой «обратной связи». Все их надо не упускать из виду, подгоняя их в соответствие друг другу, а в правой руке держать еще и ручку, чтоб не забыть записать в журнал каждое свое действие каждым своим пальцем. И вы, надеюсь, не забыли, что надо различать не 32 буквы, а, например 1693 «буквы». Но их значительно больше.

Вот, например, Казачков, оператор взорвавшегося не в его смену блока говорит: «Надо следить за множеством параметров. Скажем, у СИУРа (старшего инженера управления реактором) – у него несколько основных, очень важных параметров, а вообще-то у него есть четыре тысячи параметров для контроля. Представляете? И в любое время, особенно в случае отклонения какого-то, ему надо обратить внимание на этот параметр».

И все они предназначены не только для гашения упомянутых волн, но и поддержание самого уровня океана на должном среднем уровне, например, во время приливов и отливов и даже с учетом фаз Луны, не говоря уж о всемирных потопах и плановых оледенениях.

Хотя весь этот ужас теми, кто не управлял реактором, описывается нейтрально, например, вот так: «На каждом из 1700 каналов РБМК есть свой запорный клапан и расходомер. Оператору станции нужно наблюдать за их показаниями, а эта аппаратура часто выходит из строя».

А вот как это «аппаратура выходит из строя» представлено оператором блока, упомянутым Казачковым: «…сработала сигнализация СРВ: снижение расхода воды. Чаще всего это сигнал недостоверный, связан с дефектом приборов. <…> Обязанность СИУРа – немедленно послать дежурного электрослесаря проверить, ложный это сигнал или истинный...».  

Так ведь можно 1700 раз за смену посылать!!!  Ложный это сигнал или истинный!!?

Как эти долбоебы-академики не могут понять, что поставили мальчишку-оператора Топтунова на место Наполеона, причем Бородино совершается не с утра до вечера, а за пять минут!?

Но вы не удивляйтесь, любого из вас можно научить ходить по проволоке, притом вприсядку. Но главное в том, что даже на представлении жонглеры иногда сваливаются с проволоки, роняют кольца, а уж на тренировках – бессчетно. И еще надо учесть, что выступление одно на десяток тренировок, притом над страховочной сеткой плюс эквилибрист лонжей привязан к потолку, а у оператора реактора тренировок вообще не бывает, он всегда – без страховок изо дня в день, из года в год. О рвущихся то и дело страховочных лонжах и сетках я еще скажу, как только перебреду хотя бы половину говна, которое сконструировали упомянутые лиходеи, числящиеся академиками.

Вы помните, что сборки у нас двухэтажные. И именно из-за этого их тепловыделением невозможно управлять как в подводной лодке, опуская и вытаскивая управляющие стержни точно такой же длины, по 7 метров, так как:

во-первых, если вы вытащите половину 7-метрового стержня, то увеличите тепловыделение только на нижнем этаже, а верхний этаж останется с малым тепловыделением и – пошла волна;

во-вторых, вытащить весь 7-метровый стержень – крышу надо поднять на высоту телеграфного столба;

в-третьих, при регулировании на 7 метрах одним стержнем половина верхнего этажа вообще не будет регулироваться, там всегда почти будет кусок стержня. Поэтому топливо по длине стержня будет выгорать неравномерно. В верхней части почти не будет выгорать, тогда как в нижней части из-за нужды регулирования топливо выгорит в несколько раз быстрее. Ведь на подводной лодке за много лет выработалась длина стержня в 3,5 метра не только по возможным габаритам лодки, но и по возможным регулировочным показателям в смысле равномерности выгорания топлива по высоте;

в-четвертых, предыдущий пункт укрепляется в подводной лодке еще и тем, что стержней в ней столько, сколько надо, а не меньше как в двухэтажном РБМК. Поэтому стержни извлекаются не частично, а полностью, значит и топливо выгорает равномерно. А в 7-метровой бочке РБМК регулировка должна идти из-за уменьшенного числа стержней именно частичным извлечением стержней – опять волны;

в-пятых, сама конструкция скреплялки двух стержней не содержит топлива, так что в срединной плоскости реактора вообще не будет топлива, а ведь линейного расширения в физике для такого случая никто не отменял, и вновь – волны, так как стержни вытаскиваются-опускаются по одному, а не все сразу.

Поэтому хитрожопые ученые управляющие стержни оставили прежней длины как в лодке, по 3,5 метра, только вдвигаются они и выдвигаются в активную зону с двух сторон, сверху и снизу. Таким образом, управляющих стержней хотя и мало, а не столько, сколько нужно, но их все равно вдвое больше, чем в одноэтажном реакторе.

Но оператор реактора все равно двигает эти стержни по одному, а не парами, поглядывая на разноцветные лампочки, и работа его, о которой вы уже знаете, как она тяжела, – увеличилась ровно вдвое. И если вернуться к деревенской бабе с ведрами, то встречаются изредка такие эквилибристы, гасящие волны в ведрах своей знаменитой походкой согласно картинам старых русских мастеров так, что залюбуешься. Но нахрена это надо в век со многими эпитетами, выражающими стремительный научно-технический прогресс конца 20 века?

Итак, мы разобрались только с волнами, которыми взорвать реактор намного легче, чем потопить линкор в океане. А впереди у нас еще более страшная штука – одноконтурность РБМК. А раз одноконтурность, то реактор кипящий, а кипяток, перемешанный с паром – под немалым давлением, иначе турбину будет нечем крутить, так как паром из открытой кастрюльки нихрена не покрутишь, любая домохозяйка подтвердит. Давление делает неизбежными утечки, как плановые, так и неплановые, а они страшно радиоактивные, вода ведь непрерывно возвращается и примыкает вплотную к твэлам, и уж если графит и вода – замедлители, то есть поглотители нейтронов, то радиоактивность воды ничем не отличается от радиоактивности графита, о котором вы и без меня наслышаны. А океан, в который безалаберно можно сбросить зараженную воду и залить новую – за пять тысяч верст. Именно поэтому американцы и западноевропейцы, живущие вдоль двух океанов, все же отказались от одноконтурной схемы. Но я об этом уже вам сказал.

Впрочем, тут два каверзных вопроса: а) облучение персонала, о котором российские власти вообще никогда не думают, и б) кипение воды в активной зоне реактора предполагает одну непреодолимую проблему. Смесь воды и пара все время колеблется от чистой воды до чистого пара, но чистая вода поглощает нейтроны раз в десять, если не больше, лучше, чем пар (надо заглянуть в справочник, но лень).

И 10 раз достаточно, чтобы понять: если содержание пара в циркулирующей в реакторе рабочей воде мало, то реактор приглушается, а если много – разгоняется. Но это только верхушка айсберга. Дело в том, что реактор РБМК в отличие от лодочного «большой и многоканальный». Поэтому сквозь активную зону проходит 1693 параллельных трубы с водой и паром, объединяющиеся перед сепаратором (разделителем на пар и воду) для турбины в одну трубу (точнее будет – в две, так как при реакторе РБМК 2 сепаратора).

При этом каждая из 1693 труб превращает воду в пар по-разному и содержание пара в них различно, и, в первую очередь, потому что в этой гигантской бочке непрерывно гуляют волны, которые мы уже рассмотрели, а оператор реактора пытается их успокоить и иногда ему надо в туалет, а иногда – очень часто. Конечно, есть и автоматика, только она такая, примерно как в советском телевизоре, когда он показывает три дня в месяц, а 27 дней – в мастерской, где русские умельцы ему паяют и перепаивают внутренности. Так что, если автоматика эта чего-нибудь там показывает, то априори ей верить нельзя, надо сперва проверить, как пальцем утюг: греет – не греет? Вы об этом уже знаете.

И это – только волны, а у нас ведь еще и все топливные сборки – разные в смысле заполненности атомной энергией, так как меняют их на ходу и в разное время, практически непрерывно и бесконечно. Но и это еще не все: сборки в основном бракованные полковниками, так что кое-где расстояния между твэлами не 1,7 мм (как сказано выше), а почти ноль, и зависит это не только от полковников, но и от деформаций при перегреве в результате временного ослепления датчиков. Но контроля этих 1,7 мм вообще нет, это можно узнать только как-нибудь косвенно, примерно как по тщательности макияжа жены, готовящейся «немного пройтись», муж предполагает, в парк она пойдет или к любовнику.

Кстати, вы пробовали отыскать в барахолочной тайге потерявшегося товарища, например, в каком-нибудь Урюпинске и на одесском Привозе? Это ведь принципиальные две разницы. Вот в чем отличие «маленького» лодочного реактора от слишком уж «большого» как РБМК. Но конструкция их и размеры сборок одинаковы (не считая двухэтажности РБМК). Они по-дурацки «унифицированы», и РБМК даже не имеет табличек как на базаре «Рыба», «Мясо», «Овощи» и так далее. Чего для Урюпинска (лодки) в принципе не нужно, достаточно покрутить головой, а на любом московском базаре – просто необходимо, иначе «Мясо» найдете с утра только к вечеру. Недаром даже в ГУМе таблички: «Встречайтесь у фонтана в Средней линии».           

Итак, у нас 1693 трубы, делающие общее дело, но каждая – индивидуально. Тут мне надо, чтоб не тратить лишних слов, сделать вам ссылку на часть статьи, в которой я рассматриваю концепцию Д. Менделеева насчет гигантизма и рассредоточения любого производства. Это величайшее открытие сделано им впервые в мире и мир ныне следует именно ему.

Коль скоро вы заглянули в ссылку, я просто констатирую: реактор РБМК – абсолютно неуправляем!!!  И не взрывается он только как исключение, а – не правило. Ибо эквилибристы с проволоки тоже не на каждом представлении сваливаются. Но и гарантии ведь от этого никакой нет, кроме куда-нибудь сбегать посмотреть, правильно ли прибор показывает, или все же врет.  

Но упомянутые «академики», вместо того чтоб уменьшить РБМК-1000 и рассредоточить их более равномерно, чем уменьшили бы вес проводов из чистого алюминия раза в четыре, сварганили РБМК-1500, причем в Прибалтике, наша власть ведь всегда ее недолюбливала по причине ее европеизма.

Я не знаю доподлинно его конструкцию, но на 100 процентов уверен, что сборки твэлов в нем – трехэтажные. У дураков ведь по всей России не бывает других «рацпредложений», кроме как нарастить дополнительный этаж к старому дому. Одноэтажный реактор из лодочных твэлов на мощность 500 мегаватт делать не стали, сразу заварганили двухэтажный на 1000 мегаватт, ну, и какой дурак не догадается надстроить еще и третий этаж, чтоб получилось ровно 1500 мегаватт? Чтоб неуправляемая «управляемость» ухудшилась на треть, хотя, если посчитать чуток скрупулезнее, то эта неуправляемая «управляемость» будет хуже в два – два с половиной раза. Зависимость-то получится криволинейная, а от криволинейности можно чего угодно ожидать. Но этим противным прибалтам так и надо.

Тут мне надо несколько слов сказать о рассредоточении гигантизма согласно Менделееву, а то вы сразу же подумаете, что для «мирного атома» это неприемлемо. Дескать, сосредоточенный контроль над правилами технологии и безопасности будет концентрированнее на гигантах.

Ну, во-первых, точно такие же по опасности «реакторы» устроены почти в каждой крупной больнице, только они называются не реакторами, а ускорителями или облучателями. Во-вторых, вы когда-нибудь слышали, чтоб такие же точно «частицы» вырвались из больницы и стреляли по прохожим? В-третьих, тогда почему не слышали? ведь злобность «частиц» у них, грубо говоря, примерно такая же, как на Чернобыльской станции. В-четвертых, не слышали потому, что при каждом больничном комплексе облучателя сидит один-единственный грамотный в этом деле мужик и, если что не так, он первый облучится не для лечения, а – для смерти. В-пятых, поэтому ему контролеры «сверху» не нужны, если он спонтанно с ума не сошел, что проверять не обязательно ежедневно. И вам ведь без меня известно, что у семи нянек (как в гиганте РБМК) – дите без глазу.

Только заостритесь, пожалуйста, на следующем факте, чтоб у вас уже не было позорной мысли об отступлении. Сколько у нас реакторов РБМК? – Я их не считал, но допустим 20, или чуть больше, но не больше 30. Теперь прикиньте, сколько у нас больниц с облучателями? принимая во внимание города и крупные районный центры, каковых уж никак не меньше тысячи.

Тогда минимальная вероятность Чернобыля составляет никак не меньше 1/30 или 3,3 процента, тогда как вероятность выскакивания излучения из больницы практически ноль, ну, может быть, 0,1 процента. То есть, гиганты опаснее малюток не менее чем в 30 раз. Но гиганты-то еще и заражают площадь раз в тысячу больше, чем малютки. А рассредоточь их, они и взрываться будут реже, и площади заражать будут меньше. Поэтому где-нибудь в уголочке Кремля надо обязательно серийную малютку построить. Чтоб генеральные секретари и президенты хоть чуть-чуть начали в этом деле соображать.

Ах, уран будут воровать примерно как гвозди с производства? – Во-первых, где это вы видели, чтобы золото с аффинажных фабрик или алмазы с «трубок» трудящиеся воровали как гвозди? Во-вторых, это все в миллион раз проще купить с черного хода на этих же фабриках и «трубках», причем не атомами, а – вагонами, у таких дельцов как Чуб, который сейчас где-то там сидит в таиландской тюрьме и ждет, когда его Россия с Америкой напополам поделят. Примерно как атомщика Адамова, сбывшего по дешевке весь наш оружейный уран Америке. Так что пропаганду и суть пора уж научиться отличать друг от друга.

Теперь несколько слов об управлении атомным блоком-гигантом. Как я уже вам доложил лампочек и стрелок на табло, выдающие «параметры» 4 тысячи, включая 1693 по водяным каналам, умноженное на два: расходомер и клапан. И это только их треть, исключительно для реактора. Но есть еще и турбина, и генератор, у которых лампочек и стрелок не меньше. Поэтому в смену на каждом блоке из четырех работают СИУР (старший инженер управления реактором), СИУТ (то же турбогенератором), СИУБ (то же блоком), НСТЦ (начальник смены турбинного цеха) и НСБ (начальник смены блока). Последний – главный для всех предыдущих.

Это можно сравнить с семью няньками, у которых – дитя без глаза. Или с нашим президентом, у которого – куча губернаторов, каждый из которых гнет свою линию в разрез всей стране и всем соседям, а перед президентом характеризуется только одной мелочью: как он организует свой подопечный народ насчет «подавляющего большинства за», например, Путина. Но это не есть управление, это есть поддержание на плаву дырявой лодки. С ковшиком в руках и без головы на плечах.

Если не поняли, то я вам представлю другой пример, с ног сшибающий. Так как ответ таксиста седоку-советчику «купи себе тачку и рули как хочешь» вы уже знаете, то я вам придумал автомобиль, на переднем сидении которого четыре места и все – водительские. Перед первым руль, на полу у второго – сцепление, третьего – тормоз, а у четвертого – рукоятка передач. А сзади сидит – начальник смены с правом давать руководящие указания, хотя не исключает и инициативы, так сказать, с мест переднего сидения.

Так как держава у нас ныне автомобильная, я не буду вам рассказывать, как они поедут, особенно по МКАД вокруг нашей столицы, но напомню три вещи:

- если четыре первых водилы услужливые, то они вообще перестанут чего-либо делать инициативного, и будут ждать приказа сзади, используя рабочее время для собственного удовольствия;

- если они все инициативные, то автомобиль может поехать не вперед, а назад, не по потоку соседей, а против него. Но, скорее всего, авто вообще не стронется с места, и в нем разом все поломается;

- а уж, если инициативные будут сидеть вперемешку с безынициативными, что не исключение, а – правило жизни, то будет – Чернобыль.

Вы тут же найдетесь и скажете, что Чернобыль был один, а я вам доложу, что нет ни единого большого производства в России, которое производило бы что-нибудь толковое, начиная с электрического утюга и заканчивая мобильником. И именно потому, что на всех этих производствах непрерывной чередой от конструкторского бюро до ворот, выпускающих продукцию, непрерывной чередой идут «чернобыли». Только мы их не замечаем, так как о них не пишут в газетах.

И, если вы мне напомните про продукцию для войны «на уровне мировых стандартов», которую у нас якобы «отрывают с руками», то я вам опять напомню, что в основном мы ее поставляем абсолютно даром, в регулярно прощаемый долг, а если и продаем, то по совершенной дешевке. Точнее – мировой стандарт дешевки. Ведь дешевле кирзовых солдатских сапог ничего не может быть в природе.

Что же касается ископаемого советского космоса, то, во-первых, потомки высокоразвитых инков и майя ныне жуют кактусы, сплевывая в миску жижу, чтоб она забродила, и ею можно было опохмелиться. Во-вторых, даже крохотная Северная Корея, перенапрягшись так, что стала питаться газонной травой, ныне чего-то там взрывает и запускает.

В общем, страна сплошных «чернобылей», за каждым из рулей которых сидит по дюжине рулевых.

Вот теперь можно переходить к самым пакостным свойствам РБМК. Я имею в виду системное и систематическое заражение окружающей среды-пространства и государственных рабов. Только странные вы люди, вы ничему не верите, что болтают вам в газетах и говорят по ящику, но свято верите, что РБМК можно поставить на Красной площади, так как последнее сказал «академик», а академики – не врут. – Еще как врут-то! Почище газет и телевизоров. И вы уже слегка в этом убедились из предыдущего, но это только начало, поэтому давайте-ка рассмотрим этот вопрос – поподробнее. Ведь не середь океана мы сейчас, куда беспардонно можно выбрасывать любую гадость.

Нахрена атомной электростанции труба? Там ведь тяги по технологии не нужно как на ТЭС, то есть тепловой, на которой чего-нибудь жгут. – Значит, труба предназначена исключительно для вытяжки с рабочего места высокой радиации и рассеивания ее как можно шире и дальше, чтоб по возможности представить ее «естественным» фоном.

Теперь рассмотрим вопрос, часто ли может надобиться эта труба? – Без нее вообще нельзя, так как нет ни  единой минуты, чтоб труба эта не была нужна, правда, временами – то меньше, то – больше. Кстати, вам никто никогда не говорил, что знаменитое облако из шахты взорвавшегося реактора распространялось не столько из открытого жерла вулкана мимо столь же знаменитой крышки-Елены, сколько именно из высоченной трубы. Так как труба засасывала (наподобие деревенской печной трубы) всю дрянь не только из барботера под реактором, но и втягивала в себя по полу всю грязь из реакторного и машинного залов. Ну и, естественно, отправляла все это вверх, в заоблачную высь. У нее ведь нет вьюшки-заслонки как у русской или голландской печи. Да она и не нужна, так как атомную грязь не экономят как домашнее тепло от обычной печки.

Теперь, почему ни единой минуты труба не простаивает? – Так потому что пар должен быть под высоким давлением, иначе он не будет работать, а будет только подниматься к потолку как из тарелки с борщом. А реактор-то у нас одноконтурный, о чем я вам уже несколько раз сказал, поэтому пар постоянно и непрерывно возвращается в реактор и облучается многократно. А вы еще не знаете, что система сотен и даже тысяч трубопроводов, по которым пар, либо вода из пара, либо все это вперемешку перекачивается многими десятками насосов и насосиков, а схема эта так сложна, что внутренность телевизора перед ней выглядит примерно как мясорубка с ручкой перед синхрофазотроном. Правда, вы и синхрофазотрон себе не представляете, поэтому представьте все провода, какие только найдутся в 100-этажном небоскребе. Но не это главное.

Главное то, что на этих трубопроводах «висят» многие тысячи насосов, задвижек, клапанов, вентилей, кранов и прочей запорно-регулирующей арматуры, разных датчиков и прочего железа, самой главной и наиболее интенсивно изнашиваемой частью которого является сальник или лабиринтное уплотнение, разделяющие находящуюся под высоким давлением сильно радиоактивную паро-воздушную смесь с нормальным атмосферным давлением помещения, в котором работают люди вплотную к этим железкам. И все это капает, свистит, шипит и парит, а зачастую вообще рвется от натуги, прямо в пространство для персонала. И это настолько «нормально», что воспринимается как богом данное.

Ненормально это воспринимается в том смысле, что редко кто знает – практически вся очистка от этой грязи осуществляется с помощью рассматриваемой трубы, вы все ее видели на фотографии, торчащей практически из развала взорванного реактора.

И вы заметили, что труба эта не кирпичная, и не бетонная? Как было бы на угольной электростанции. – Она из нержавейки, а такие трубы делают, например, на алюминиевых заводах, где сгорающий флюорит такую фторсодержащую грязь выкидывает, что обычная труба и недели не прослужит. А уж что попадает в чернобыльскую трубу, то вам лучше заглянуть в упомянутого химика-радиолога Бекмана, я заглядывал – впечатляет.   

Конечно, больше половины всех труб и прочего железа, о котором я только что сказал, предназначены для очистки воды перед каждым следующим ее заходом в реактор. Для этого нагорожено столько «схем», что лучше вам самим на них глянуть, а я адрес дам. Но вы все же заметьте себе, что я вам уже говорил фразу о советской, а тем более, российской инженерно-экономической мысли. Она состоит в том, что все то и где бы-то ни было, что не связано напрямик с «давай-давай», считается лишним и даже вредным, так как «впустую отвлекает ресурсы», которые вот так (показывать по горлу) нужны стране.

Естественно, для очистки воды от всякой вредной атомно-химической и атомно-физической дряни, составные части которой устанешь перечислять, требуются столь же экзотические химикалии вплоть до ионообменных смол, так как их простым ситечком не отфильтруешь. И я уж не говорю, что процессы эти, как правило, ведутся в сверхтонких слоях и струйках, так что аппараты эти кассетные, кассеты эти надо часто менять, совершенно не зная, куда же деть уже использованные. Я ведь вам говорил уже в самом начале, что даже отработанные твэлы – эти многочисленные сердечки кровеносной системы реактора, как только в них нужда пропала, не знают, куда девать. Ими загромоздили штабелями все пруды-охладители до последней лужи напротив парадного подъезда (для какой-то идиотской «выдержки»), да так и «выдерживают» в них по сей день с пуска электростанции. Но это только начало, если не считать, что вся эта очистительная музыка протекает, шипит и свистит точно так же как и то, что эта музыка якобы чистит.

Но вы же сами знаете, что даже в российском отделении Ада черти с покойниками беспрерывно играют в карты, ибо то дров «не подвезли», то смолы, то спичек, то сковородку пропили. А тут ионообменная смола по цене бриллиантов, ее же только раз за все время завезли щепотку, чтоб показать приемочной комиссии. И вообще электростанция отлично ток дает без всяких там ионообменных смол. Поэтому о материально-техническом снабжении водоочистки я, пожалуй, закончу, и перейду к ремонтному персоналу, предварительно напомнив еще раз, что лучше псевдодымовой трубы – на станции нет технологии очистки.

А радиационный контроль, ну, эти ребята с дозиметрами? – напомните вы. А я вам навстречу: неужто вы думаете, что этот контроль деньги получает где-нибудь во Владивостоке? – Он у Брюханова получает деньги, у директора станции, включая вообще весь город Припять. И даже общесоюзные  милиционеры, судьи и прокуроры квартиры получают у Брюханова. И не только квартиры, но и премии в виде экскурсии в брюхановский же ОРС – отдел рабочего снабжения. Поэтому радиационный контроль намеряет ровно столько радиации, сколько нужно Брюханову, точнее – чуть больше «естественного» фона, примерно на 3-5 микрорентген, чтоб он мог «спокойно рапортовать наверх», примерно как сразу же после взрыва реактора. Однако я отвлекся от ремонта и ремонтного персонала.

Наконец реактор планово остановлен на ремонт. Что будут в первую очередь ремонтировать? так как вообще-то согласно только что второй раз приведенному принципу инженерно-экономической российской мысли надо не ремонтироваться, а энергию Родине давать. Поэтому планом всегда предусматривается блоку стоять меньше, чем он сам того требует. И поэтому всю наличность ремонтников толпами сгоняют с «неглавной» водоочистки на «главные», на ГЦН (главные циркуляционные насосы), на главные задвижки, на турбину и генератор, все остальное, включая барботер и хим-физ-водоочистку, – не главные, подождут, пока главное отремонтируют. Естественно, из-за объявленных уже мною «сжатых сроков» ремонта, «руки не доходят», причем всегда, до неглавных объектов. Эта система, как в СССР, так и в нынешней «демократической» России, неизбывна и неизбежна напрямик от Рюрика.

Поэтому еще раз повторю: лучше псевдодымовой трубы – на станции нет технологии очистки. Только придется добавить, что, когда блок не работает, обстановка на нем в смысле отравы более-менее. Люд не так шустро прячется от радиационно-опасных машин куда-нибудь в уголок, за бетонную стенку. Вопреки каким-нибудь пикалкам-звоночкам, призывающим рабочий класс занять свое регламентное место. То есть эксплуатационный люд при ремонте расслабляется.

В этот момент начальству легче заставить сталкеров размотать шланги, подключить их к горячему крану чистой питьевой воды и техническим жидким мылом вымыть все как следует. И пусть все это говно течет в барботер, а оттуда испаряется в ту же самую псевдодымовую трубу. Благо реактор, даже заглушенный, горяч как деревенская русская печка, где сушат валенки и лечатся от всех болезней. Кроме тех, которые лечатся в бане по-черному. И так каждый день, пока блок стоит. После чего он – как новенький. Поэтому единственный химикат от всех радиационно-циркуляционных опасностей – жидкое мыло из нефти по цене три рубля за бочку. А вот сама система, нарисованная на бумажке и выполненная в натуре (ссылку я дал), без упомянутого мыла не только бессмысленна, но и добавляет опасность. – Рабский менталитет, инициируемый рабовладетельным начальством, и ничего тут не поделаешь.

Собственно, и за бугром менталитет лишь чуть-чуть повыше, потому у них и двухконтурная схема.

Чуть было не перешел ненароком к ее описанию, на примере нашего ВВЭР – водо-водяного энергетического реактора, где первая «водо» означает воду, облучаемую в реакторе, а вторая «водяной» ту, что в виде пара крутит турбину, перегреваясь до пара от первой, никогда не кипящей в реакторе. И именно поэтому не имеющей идиотской положительной паровой реактивности, губящей не только сам РБМК, но и все вокруг, аж до Атлантики. Но лучше я вам скажу, почему ВВЭРы победило говно говном под аббревиатурой РБМК. Это знание – полезнее.            

Запад давно сказал, что наш РБМК говно говном и даже не дешевый, а даже очень дорогой, так как нам надо прошедшую через реактор одноконтурную оборотную воду дезактивировать и химико-физически регенерировать для обеспечения безопасности персонала. Но они же не знают, что мы это делаем с помощью пресловутой уже трубы и жидкого мыла, а на персонал нам вообще плевать примерно так же, как и на будущих так называемых ликвидаторов.

Но как троица «академиков»-то убедила кремлевских старичков во главе с невменяемым Брежневым? – Убедить-то их весьма просто, например, сказать: у нас вот одноконтурный реактор, а у тех – двухконтурный. И больше не надо никаких слов. Дурак сразу же соображает, два лучше одного, когда тебе чего-нибудь дают, а вот когда ты кому-нибудь даешь, например, из бюджета своей любимой Родины на постройку танкодрома, то, естественно, один лучше двух, дешевле. Вот на этом «один» и «два» и надо играть со старцами типа Брежнева.

Но прежде надо морально убить конкурентов, я имею в виду просто пресечь им путь на кремлевский порог. Чтоб они не наговорили старичкам лишнего. А для этого есть Минсредмаш, которому все в стране подчиняется, даже Академия наук СССР, не говоря уж о каких-то там всемирно известных институтах типа Курчатовского. Ведь Средмаш этот делает исключительно все, что требуется для войны, начиная с атомных бомб, ракет и подводных лодок и кончая противогазами Зелинского времен первой мировой, так как они в атомный век вновь актуальны. Из-за активированного угля – аналога по действию реакторному графиту. А то между первой мировой и атомным веком этот уголь использовали исключительно ученые-самогонщики – хорошая штука против сивушных масел. Именно в этих кругах Средмаша и окопались, вернее, залегли в давно залитых железобетоном ДОТах три наших «академика».

А авторы реактора ВВР – были «простыми учеными», у них из-под академических мантий не выглядывали золотые генеральские погоны сверху, и в ладонь шириной лампасы – снизу.

Ну, вот и все. Чего же надо еще больше? 

Только вы уж не спрашивайте, а где ж народ, депутаты там и прочие «совести народа»? Типа академика Лихачева, перелистывающего ежедневно в течение 40 лет Радзивилловскую летопись и не заметившего там ни единой подделки, замену листов и нумерацию страниц с пятого на десятое.

Как так можно? – А вот так. Выгляньте в окно, нацельтесь на Кремль и посоображайте насчет нынешней российской действительности во главе с Путиным ВВ (я специально не ставлю точки, так будет правильнее – взрывчатое вещество), восседающим на своей вертикали примерно как на штыке.

Ну, а с реактором РБМК вам теперь все понятно?

Я ведь не употребил ни единого заковыристого слова, ни одной загадочной аббревиатуры примерно из двух сотен, от которых в глазах рябит в любой публикации насчет Чернобыля. Так что, чтоб понять хоть чуть-чуть, надо полгода наизусть учить как таблицу умножения эти слова и аббревиатуры.

Неподдельное послесловие

Говорят, что юродивых и слабоумных бережет Бог, не дает им пропасть по причине их глупости. Кажется, это – верно. Иначе бы уже все РБМК взорвались.

12.05.08.                          

Когда я еще не начинал писать эту статью, а только много лет интересовался этой проблемой, читая все подряд, что мне попадалось, я получил электронное письмо от читателя моей Логической истории, которую он похвалил, но свел ее к необходимости начать ядерную войну с Америкой, причем прямо сейчас.

Из моей Логической истории это следствие никак не получалось, поэтому я ответил незнакомцу и постарался объяснить, почему не получалось. Но в ответ мне пришла куча ссылок по ядерной тематике и прикрепленных файлов автора на эту же тему. В коих основным направлением явилось, как террористам за небольшие деньги устраивать ядерные теракты. Из чего я сделал вывод, что мой автор – большой спец в ядерной физике.

Из Логической истории человек понял, что мир несовершенен, поэтому его надо взорвать. Из взрыва два варианта:

- человечество как динозавры вымирает полностью;

- немного от человечества остается, и остатки с какого-то бодуна начинают строить правильное и счастливое общество, какое? Мой автор не стал уточнять.

Главное, у него почему-то такого как ныне общества повторно не получалось, получалось только хорошее, что меня удивило. Так как, на мой взгляд, ничто не может помешать при «возрождении» индивидуальному желанию, собравшему единомышленников, получать сверхприбыль на своих делах. Ибо надо не самое сверхприбыль не дать изобрести, а – контролировать ее всем миром, что может получиться исключительно, если все знают друг друга в лицо. То есть без государства, в котором далеко не все знают друг друга в лицо. Другими словами, это можно сделать исключительно в микроскопических государствах (у меня они – анархии), где все люди знают друг друга в лицо.

Но для этого, естественно, не надо взрывать мир, чтоб в результате получить указанные либо-либо, причем второе «либо» несомненно – утопия, если не учитывать мое предложение насчет анархий. Что касается первого «либо», то тут мне вообще нечего сказать, я ведь не хочу моего корреспондента обидеть.

В общем, я понял, что дальше с Чернобылем и его отношением к моей Логической истории тянуть нельзя, тем более что я еще больше «подковался». Вы первую часть этой статьи уже прочли, если сюда добрались. Но начал я не с вас, а с моего корреспондента. 

Здравствуйте, Владислав.

Как я уже Вам писал, я давно интересуюсь Чернобылем, я хотел его как можно глубже понять, это мне почему-то было просто необходимо.

После Ваших ссылок и текстов, которые я внимательно прочитал, я подумал, что и сам теперь могу о Чернобыле написать, но только не "научно", а "инженерно-бытово", чтоб с пятью классами было понятно. Ибо, как я думаю, большинство таких людей бросают читать тексты на второй-третьей странице, запутавшись с аббревиатурами и терминами, которые надо учить годами. Именно для них я пишу, потому что очень важно, чтоб они прочитали до конца и поняли, что к чему.

В плане у меня три статьи под общим, броским заголовком, который я еще не придумал. Статьи будут называться (подзаголовок) Реактор, Взрыв и Возможный теракт.

Первая часть готова, но я боюсь уж очень явных ляпов, я ж Вам говорил, что я горняк и очень далек от ядерщика. Но самому мне текст нравится, так как отвечает поставленной цели.

Поэтому, не будете ли Вы так добры, чтоб дать мне самую краткую рецензию, в смысле дать мне возможность убрать явную ядерную бессмыслицу, чтобы она не испортила благое начинание.

С уважением, Борис.

Ответ был незамедлительным.     

Здравствуйте Борис!

К сожалению вынужден вас огорчить! Ваша статья полный нонсенс. В дни шельмования  ядерной индустрии она прошла бы на ура, а сегодня не катит.
Реактор то сам по себе великолепен. После Чернобыльской аварии переписали весь регламент работы, довели до ума автоматику  защиты, и пашут эти реакторы как часы.

Проектировался реактор как малозатратный по топливу и эксплуатации.
Работает на весьма слабообогащённом уране. 1,8-2,4 %. Среднее обогащение топлива в мире 3,6%, а для реакторов типа ВВЭР  4,5-5%. На подводных лодках вообще используются реакторы с высоким  обогащением, дабы размеры уменьшить. Тут ваше сравнение вообще не уместно. Как и всё, что вы написали.

Ядерные технологии – это не фуфло, там все выверено наукой и просчитано. Литовцы рогом упёрлись против всего ЕС. Не хотят РБМК закрывать до постройки новой станции. Не хотят с голой жопой на мороз.

На основе РБМК есть у России новый, весьма перспективный проект. Конкретно в  аварии виноваты конкретные люди-исполнители. Они мертвы. А те, кто виноват в причинах аварии, живы и процветают. Они теперь не красные, а просто бароны! Сумей Вы проскочить между Сциллой и Харибдой, тоже сейчас бароном были бы с Вашими угольными делами.

Три года тяжкой работы потребуется вам, чтобы овладеть темой ядерной энергетики настолько, чтобы грамотно писать на её темы. Рекомендую сходить на сайт к профессору http://profbeckman.narod.ru/ Там  у него фундаментальный энциклопедический курс ЯДЕРНАЯ ИНДУСТРИЯ может здорово помочь. Однако не рекомендую писать на технические темы, не погрузившись в них так, чтобы чувствовать себя свободно.

С уважением, Владислав.

Итак, что мы имеем? – В лице Владислава мы имеем знатока, примерно как ядерная энциклопедия. – Но умеет ли ядерная энциклопедия соображать логически? – Разумеется, энциклопедия ни соображать, ни, тем более врать, не умеет. Кстати, Владислав – тоже. А теперь – по порядку.

Я Владислава просил только об одном, найти и указать мне мои ядерные ляпы. Владислав не указал ни одного конкретного, зато вся моя работа – «полный нонсенс», то есть «сплошной ляп» и более – ничего, но мне хватило, должно хватить и вам, если вы ему просто поверите, он ведь – энциклопедия. Умение энциклопедии логически мыслить вас не заинтересует, придется мне. И останавливаться буду только на логике, ну и, разумеется, на вранье, которое может принимать как откровенную форму, так и форму умалчивания, не говоря уж о форме выдачи вилки за бутылку.

Во-первых, для ученого, отличающегося от энциклопедии, «дни шельмования» в принципе ничем не могут отличаться от «дней не шельмования», так как истинного ученого должна интересовать суть, а не время, в которое можно или нельзя сказать суть. И, если Владислав этого не понимает, то он нелогичен.

Во-вторых, «великолепный» реактор не даст себя взорвать дуракам, так как дураки есть не только в спецбольницах, и это есть логика. Значит, взорвавшийся реактор не был великолепным, его ведь не ракетой взрывали, а при эксплуатации, и в этом – логика. А вот в том, что только после взрыва реактор стали «доводить до ума» никакой логики нет, так как логика состоит в том, что «доводить до ума» надо не после взрыва, а – до него. Но ведь именно об этом я и пишу, поэтому я – логичен, хотя и задним числом, так как не знал о реакторе ничего, пока он не взорвался, а разработчики – знали.

В-третьих, «пашут эти реакторы как часы» – пока голословно, так как пашут они недолго после взрыва, а самая большая дурость этого реактора состоит: в 1693 топливных каналах (неустранимая волновая природа нейтронного поля). В двух и трехэтажных сборках из одноэтажных сборок для подводных лодок, одноконтурности и т.д., что я указал в своей статье. Все это не устранено, поэтому – потенциально. Значит, автор пишет не только голословно, но и обманно.

В-четвертых, о «малозатратности». Малозатратность существует от бедности, а бедность не есть хорошо, бедность есть – вынужденность, а вынужденность плюет на незначимость, такую как кирзовые сапоги вместо сапог от кутюр, а в нашем случае это – безопасность. Я это доказал в своей статье, а Владислав ничем конкретным не опроверг. Повторять ли, что это нелогично?

В-пятых, об обогащении урана. По логике «малообогащенность»  хоть чего, хоть малообогащенность свежим воздухом в прокуренной комнате, – есть по природе своей вынужденная от бедности дурственность. Ибо само понятие «обогащение» даже дуракам известно как обогащение хлеба от мякины. И тот же дурак (заграница) всегда выберет безошибочно высокообогащенный от мякины хлеб (более обогащенный уран на «их» АЭС). И это только по принципу слова обогащение. Теперь о вранье напополам с умалчиванием. Факт, что после аварии степень обогащения урана для РБМК повышена, умолчан. Цифра 3,6% представлена иезуитски (хуцпа), так как именно из-за наших РБМК и РБМК, построенных нами же за своими границами, получились 3,6%, тогда как чисто забугорные реакторы – все ВВЭР. И какой реактор, кстати, мы строим в Бушере, в Иране? – Сообщаю вам – именно ВВЭР, так как даже «отсталый» Иран не согласился на такую дурость как РБМК. А теперь о логике обогащения. Допустим, вам надо стакан изюму. В каком виде его лучше получить? В виде 1 стакана высокообогащенного изюма (урана-235) или в виде 100 изюмных булочек величиной в стакан каждая (в целом 100 стаканов), из которых можно наковырять тоже стакан изюма (урана-235). Только не забудьте, что именно изюм (уран-235) горит, а тесто все равно выбрасывать. Конечно, все это грубо демонстративно (есть десятки ничего не значащих мелочей, кроме критической массы), но один ТВЭЛ из чистого изюма лучше и долговечнее примерно в сто раз, чем 100 ТВЭЛов из булочек с изюмом. Именно поэтому ведь «бочка» РБМК совершенно непотребная по величине, сложности управления и облучению персонала при бессчетных заменах ТВЭЛов.

В-шестых, представленную нелогичность лучше некуда доказывает сам Владислав, даже не замечая, что доказывает: «На подводных лодках вообще используются реакторы с высоким  обогащением, дабы размеры уменьшить». Вообще-то этой фразой он хочет компенсировать мое утверждение насчет того, что весь «советский мирный атом» построен не только на некондиции и браке военных отраслей, но и по тем же рабочим чертежам. Видишь, мол, уважаемый Борис, в подлодках стержни-то другие, значит, я бью твою карту насчет двух-тре-этажности и диаметра бочки РБМК методом высокого обогащения на подлодках. И заодно обращаю этот фактик вширь и глубь, дескать, «ваше сравнение вообще не уместно. Как и всё, что вы написали». Оно, конечно, ловко задумано для Энциклопедии, я даже не ожидал от нее. Да только в том-то и дело, что не бьет, а, напротив, дает мне лишние козыри в руки:

1) высокообогащенный лучше малообогащенного;

2) на войну денег не жалеть, а в мирнном атоме – жалеть;

3) уменьшение всех бед от суперкритичной гипербочки РБМК вполне возможно более высоким обогащением урана;

4) и вообще забугорные не дураки. Коли не строят многоканальников одноконтурных, слабообогащенных разумом, не ураном;

5) как же «сравнение неуместно», коли ни сама конструкция, ни один конструктивный размер ни ТВЭЛа, ни сборки при переносе с лодки в РБМК не надо менять. Не надо менять даже размера таблетки урана. Просто таблетку при переносе с лодки на РБМК надо испечь как пирожок из говна, а не из мяса. – Будет очень дешево и очень сердито;

6) так как я в пяти представленных пунктах (не считая во-первых, во-вторых и так далее) доказал, что реакторы лодок и РБМК, несмотря на разные степени обогащения таблеток, сравнивать уместно, то только полнючая, но в целом нелогичная Энциклопедия может распространять это «мнение», а не доказательство на всю мою статью. Не озаботившись о любых других подробностях, каковых по этой причине и в помине нет.  

В-седьмых, я нигде и никогда не утверждал, что «ядерные технологии – это фуфло». Напротив, я неоднократно удивлялся: это надо же сообразить, чтоб отыскивать во всех копнах сена Страны Сплошных Советов несколько иголок, спрятанных в каждой из этих копен! И даже приводил слова какого-то английского ядерщика, который сказал, что, если бы это не для войны, то никто никогда этим дурным делом бы не занимался. Действительно, допустим, в копне сена 993 травинки и только 7 иголок. Вот эти 7 иголок из каждой копны СССР надо найти, извлечь, сложить в кучку, а остальное – выбросить, так как уран-235 не в сене лежит, а в уране-237, который кроме получения плутония, которого и без того – завались, более ни на что не годен. Поэтому, если не останавливаться на вопросе воровства технологии вытаскивания этих иголок из сена, ядерные технологии, конечно – не фуфло. Притом не фуфло не потому, что нам это очень надо, а потому что умствования людей не остановить примерно как солнечный свет. Единственное что я говорил, что не-фуфло под названием ядерные технологии фуфловыми учеными и конструкторами превращено в фуфло под названием реактор РБМК. Но это же – разные утверждения.

В-восьмых, ай-я-яй, «литовцы рогом упёрлись, не хотят 3-этажные РБМК закрывать», дураки такие, влюбленные в фуфло. Именно такими их представил мне Владислав, чтоб насолить не им, а именно мне. Дескать, смотри, хулитель РБМК, как умные поступают. А потом раз, да и сам себя опроверг, что не умаляет его достоинств как Энциклопедии (сборника знаний), но не прибавляет способности здраво рассуждать. Он ведь сам добавил «до постройки новой станции». Ну, и что это означает? – В основном означает, что у них нет ныне дармового угля, нефти и газа, а минус градусов там иногда бывает, да и мясорубки надо чем-то крутить, так что трехэтажный РБМК – их единственная надежда, но далеко не постоянная на все оставшиеся века. Ибо им нужна новая станция, только не с РБМК, а с чем-то другим, и тогда РБМК раньше естественной смерти (дай им Бог преждевременно искусственно не взорваться) убьют.

В-девятых, лучше бы автор письма указал бы мне мелкие огрехи мои насчет ядерной физики, чем предполагать исход «проскакивания между Сциллой и Харибдой», чтоб я «тоже  бароном стал с моими угольными делами». И я бы на это даже внимания не обращал, но врет же! Хотя спасибо, что хоть мою биографию читал. А в ней же ясно написано, что бароном я и не собирался быть в нашей идиотской стране, впрочем, он может, не дочитал биографию, там об этом в самом конце.

В-десятых, «надежды юношей питают», а не старых дураков как я. Это я насчет того что «на основе РБМК есть у России новый, весьма перспективный проект». Хотя к теме настоящей статьи это и не имеет слишком большого уж отношения, но к самому автору имеет, так как показывает, что он совсем уж не умеет рассуждать, только заучивать. Так вот, самый наилучший и перспективный проект – это проект вечного двигателя, а о перспективе такого проекта на таких специальностях, одну из которых наш автор несомненно завершил, учат, как перспективы оценивать в целом, и как насчет перспективы perpetuum mobile.

В-одиннадцатых, автор загибает, что «Три года тяжкой работы потребуется вам, чтобы овладеть темой ядерной энергетики настолько, чтобы грамотно писать на её темы». ­– Чушь это собачья, автор даже не понимает ее, а вам следует знать сам принцип «овладения». Для того и пишу, а если бы это касалось только меня, я бы эту фразу пропустил мимо ушей как никчемную, но она касается сути предмета «овладения».

«Овладеть» в понимании автора, это значит, знать ее наизусть как таблицу умножения, чтобы говорить с однородными специалистами, каждую минуту не заглядывая в словарь или в «курс», и все – больше ни для чего такие знания не нужны, включая проектирование реакторов. Ибо проектирование никогда не бывает без ежеминутного заглядывания в книжку, так как знаний в голове должно быть ровно столько, сколько требуется, чтобы нужную книжку найти, а не искать ее месяцами и годами. И проектирование заключается ровно в том, что больше читаешь книжки, нежели чертишь линии на кульмане или за обычным столом пишешь из головы формулы. И еще головные знания должны содержать тот минимум знаний, чтобы не принимать всерьез перпетуум мобиле. Правда, в каждой науке есть свои несколько перпетуум мобиле, вот их выносят из института, все остальное, что там учат – научный коммунизм и без него голове только легче.

Обремененная знаниями типа энциклопедии голова, неспособна мыслить нестандартно, ибо в ней все нейроны заняты балластом банальных ответов на банальные вопросы. Примерно как в отказывающейся воспринимать новое электронной памяти. А в голове всегда должен быть процесс принятия решений на основе и исключительно заглядывания в справочники. Но процессу нет места, если голова забита всякой дурью, которая может понадобиться через 10 лет, или вообще никогда не понадобиться.

Повторяю, процесс, то есть динамика, а закупоренность головы мертвыми сведениями не есть динамика, она есть – застой. Идеи в голове возникают исключительно из чтения, наблюдения и чувств в виде, например, голода, боли, или бабу хочу, а не из умозрения, ибо само умозрение немыслимо без чтения или наблюдения и внутренних ощущений. А если это так, то вообще чистого, не основанного ни на чем внешнем, исключая внутренние чувства, умозрения не бывает. За умозрение выдается процесс принятия решений по проблеме, которая опять же выросла из чего-то внешнего, не считая внутренних чувств.

Поэтому надо изучать не науки, а их проблемы, чтобы самостоятельно принять решения по ним. А состав проблем ведь короче раз в десять самой науки. Если коротко, то я никогда не учил тесты в институте в отличие от моих сокурсников, я учил порядок возникновения этих текстов, что короче раз в двадцать, заполняя промежутки при ответах тем, что по логике следовало за каждой такой опорной точкой. И всегда получал отлично, на этом и закончил институт.

Если наука попадалась сумбурная вроде истории КПСС или научного коммунизма, то реперные точки еще больше помогали, так как между ними можно на экзаменах городить, что в голову взбредет, но все равно будет «отлично», так как сам препод ничего кроме реперных точек не помнит.

Что касается научных книг по любым наукам, то надо обращать внимание на туман, когда автор сам не понимает того, о чем пишет. Вот тут и открывается простор для принятия собственных решений. А когда все гладко и внятно вытекает следующее из предыдущего, то это вообще не надо запоминать, так как надо лишь помнить первое и последнее, все промежутки, сколько бы их ни было, восстанавливаются автоматически, точнее логически.

Я не люблю людей, выучивших наизусть таблицу умножения и слишком часто повторяющих, что он – дипломированный специалист, опуская, что по таблице умножения, поэтому все остальные дураки. Точно это же представляют собой люди, назубок знающие тривиальные решения всех вопросов с «до нашей эры». На порядок ценнее люди, выдающие нетривиальные, дикие и совсем уж сумасшедшие идеи. Только нетривиальные идеи надо не просто высказывать, но и доказывать их, ибо ценится не сама нетривиальность, а ее доказательство.

Когда я доискивался до непротиворечивой логики во всемирной истории, мне пришлось изучить штук сорок наук, о которых я ранее не имел ни малейшего представления. И штук о сорока, если не больше, науках я имел от профессионального до дилетантского представления. Только это изучение своеобразно, так как я не «проходил курс полностью» со всякой в нем белибердой, на что трех жизней не хватит, я брал в науке только ее реперные точки, несомненно доказанные на данном этапе развития знания. И ни в коем случае не ввязывался в дискуссии среды знатоков. Этого было вполне достаточно, а также необходимо, чтоб продвинуться на миллиметр в моей нынешней любимице – истории. И как только у меня возникает новый исторический вопрос, я вновь и вновь возвращаюсь к этим 80 наукам, только мне сейчас проще в них ориентироваться, я хоть адреса знаю.

Вы заметили главное? – Оно состоит в том, что любое открытие в любой науке совершенно невозможно, держите хотя бы все ее книжки в мире в своей голове. Ибо вы там запутаетесь в тончайших оттенках банальностей и забудете, зачем же вы туда пришли. Открытие возможно лишь при овладении  так называемыми смежными науками, это всем известно, но я не о том. Я о количестве смежных наук, которое представляется большинству знатоков, как пять или шесть, до десятка. Но я говорю о восьмидесяти.

Вообще-то это называется энциклопедизмом, только его надо правильно понимать, а то его принято понимать как знание наизусть всех томов БСЭ или Британники. Но от любой науки требуется отнюдь не знание ее, а всего лишь понимание того, что в этой науке написано. А для этого нужна только грамотность и больше ничего. Ну и оглавление, естественно, чтоб легче найти то, что ищете.

И если вы в любой смежной науке из 80-ти не можете понять любую мелочь, то вам вообще наукой заниматься противопоказано, даже в той науке, которую вы считаете своей. Лучше пойти и купить кандидатский или докторский диплом в метро. Для знакомых и родни вы будете ученым, а самому вам будет большое облегчение от непосильных научных трудов.

Так как я дописываю эту статью после написания следующей статьи этого цикла, то вот вам пример для только что представленной тирады.

Все ученые и неученые, докапывающиеся до причин чернобыльской трагедии исходят из одной и той же позиции: мощность реактора снижалась с 1600 МВт до 700 и в этот момент случайно провалилась до 25-30 МВт, а затем мощность поднимали до 200 МВт, подняли и стали удерживать. В момент удержания реактор беспричинно взорвался.

А я исхожу из позиции, что мощность реактора с 1600 МВт (утренняя смена 25.04.86) и до нуля, что вполне соответствует 25-30 МВт (ночная смена 26.04.86), ни единой секунды не поднимали, а только снижали. И именно в этом – причина аварии.

А теперь ученые и неученые пусть почитают вторую статью и докажут, что я неправ. Буду признателен.     

А пока я не буду комментировать последнее пожелание моего корреспондента и большого доки в реакторах Владислава, написавшего мне: «не рекомендую писать на технические темы, не погрузившись в них так, чтобы чувствовать себя свободно».

28.05.08.

Продолжение следует…



Hosted by uCoz